[X] Помощник

[Рагдай]

Осматриваем помещение, в том числе на предмет тайников.

[Джеральдин]

После тщательного обыска в одном из гробов была обнаружена бутылка виски...
Тем временем на улице совсем стемнело.

[[Омут]]

Оказывается, хоть сторож о том и не упомянул, но бизоны потоптались и тут.
После поисков было найдено очередное свидетельство правоты минздрава, а именно что алкоголь вреден для здоровья, для некоторых гробовщиков еще и летально вреден, хотя вряд ли медики представляли такую трактовку своего предсказания.
Полагаю, ничего сверх рабочего инструмента, столярно-слесарного, оной бутылки и каких-нибудь личных вещей(если были) найдено не было. Так?

Возможно то был неприличный для Патрика пессимизм, особенно на фоне находок юного Алана, проявившего упорство, но сейчас в темени, в мастерской, перекопанной полицейскими, причем скорее всего совершенно случайно убитого, как удобную жертву, гробовщика, детектив не чаял найти что-то полезное для дела. Нет, конечно же мы поискали, будь-то какие-нибудь знаки или да хоть те же кошачьи следы в пыли. Хоть в перемешку со следами лягушачьих лапок. Или еще какие подозрительности.

Кстати, что из пресловутых личных вещей и было ли тут какое чтиво кроме газеты, в которую заворачивают гвозди при покупке?

Сообщение отредактировал Омут - 01:04 20.09.2007

[Джеральдин]

Увы, но никаких иных результаов продолжение обыска не принесло...

[[Омут]]

Покопавшись еще несколько минут, Патрик отряхнул руки.
-Знаете, господа, думаю на сем можно заканчивать. Кому как, я считаю, что здесь мы уже перерыли достаточно и имеет смысл ехать в штаб.

[Рагдай]

- Патрик, забирайте Алана с собой, а завтра к обеду и я к вам присоединюсь.

[[Омут]]

Патрик вопросительно поглядел на Бедфорда.
-А вы?

[Рагдай]

- Я останусь и переночую здесь, а с утра пройдусь по свидетелям, поговорю с викарием, осмотрю место еще раз при свете дня...

[[Омут]]

Кивнул.
-Ну как сочтете нужным. Алан, пойдем. Эдуард, ждем вас в районе обеда.

Далее Патрик и, надеюсь, Алан, отправились в обратный путь до штаба.

[Джеральдин]

Алан стоял, казалось, полностью погрузившись в свои мысли...

/Луч?

[Луч]

-да, да, конечно - Алан попрщался с сэром Эдуардом и вышел вместе с Патриком

[Джеральдин]

Омут, Луч - прошу в Штаб-квартиру

10 августа 1910 г., 23:20

Вдалеке лязгнули ворота, мелькнул отсвет фар, и все стихло. Бедфорд задумчиво вглядывался в сгустившуюся темноту старого кладбища. В дверь мастерской ощутимо сквозило, в углу, за грудой гробов попискивали мыши.
Внезапно на могильных камнях заметались желтоватые блики фонаря и на дорожке раздались шаркающие шаги сторожа.
- А что, сэр, не побрезгуете ли чайку? Или, может быть, чево и покрепче? Я ведь понимаю – работа у вас такая, только всю ночь тута одному сидеть – этак с вами что-нить дурное приключиться может… Да и пиджачок у вас, не в обиду будет сказано, не для ноненшних ночей-то, а?

[Рагдай]

- Можно и чайку, можно и покрепче...., - Эдуард с улыбкой достал из саквояжа бутылку бренди, припасенную как раз вот для подобного случая поправки здоровья. А под бренди и беседу - ночь пролетит незаметно.

[Джеральдин]

Сторож принес от себя нехитрую закуску, разложил ее на столе покойного гробовщика, крякнул, одобрив марку бренди.
- Ну, так, сэр, будем, стало быть, здоровы!
Выпили.

[Рагдай]

- Ну, за здоровье!
Выпили.

[Рагдай]

Пили долго, еще больше общались. Сторож попался разговорчивый, и после обсуждения погоды, видов на урожай и политики (а как же без нее), Эдуард перешел к вопросам о скульпторе, странных людях, которые здесь появлялись, гробовщике, кладбище и т.д.
Пару раз за это время выходил подышать воздухом - осматривая местность и прислушиваясь.

[Джеральдин]

Сторож действительно попался словоохотливый – он поведал сэру Эдуарду о своей трудной жизни, об отношениях с соседями, о своих соседях, об их родственниках и их трудной жизни, о местном викарии, добром человеке, о юном поэте и не менее юном художнике, приезжающих сюда на этюды, о тетушке Джулии – троюродной сестре тещи его брата, и о дядюшке Роджере – двоюродном племяннике деверя его тестя…
В увлекательной беседе время летело быстро. Промозглым утром сэр Эдуард, оставив спящего сторожа в мастерской гробовщика вышел на кладбище. На траве дымчато серебрилась роса, последние клочья тумана таяли среди деревьев. Было тихо…

Наступило 11 августа 1910 года...

[Рагдай]

Дожидаясь адекватного времени общения с викарием, соседями и прочими потенциальными свидетелями, творящихся в местечке безобразий, Эдуард совершал прогулки в холодном тумане на кладбище, толи выполняя работу в усмерть у...уставшего со....товарища, толи в поисках возможных убийц, которых как всем известно тянет на место преступления, толи просто не позволяя телу расслабиться и последовать соблазнительному примеру сторожа.

[Джеральдин]

Около девяти часов утра, когда солнечные лучи уже слизали росу, а туман окончательно рассеялся, скрипнула дверь, и на ступеньках церкви появился викарий - плотный человек лет 40, в черном костюме и старомодных очках.

[Рагдай]

Не тратя напрасно время, Бедфорд направился к викарию. Пораспрашивав его о происходящем, церкви и кладбище, Эдуард в сопровождении священника осмотрел тело.

[Джеральдин]

Викарий Баннинг поначалу отнесся к сэру Эдуарду подозрительно. Но титул и знакомства с полицией сделали свое дело и викарий стал сама любезность. Про убийство ничего нового он рассказать не смог, но согласился отпереть мертвецкую.
Тело Мерддока также не сказало сэру Эдуарду ничего нового – аккуратное колотое ранение в сердце, нанесенное, судя по всему, длинным узким клинком. Тело сильно обескровлено.

[Рагдай]

Эдуард распросил викария о гостях, которые когда-то приезжали к скульптору, возможно, они посещали кладбище или общались.

[Джеральдин]

Не без помощи сэра Эдуарда викарий припомнил мистера Стоуна, который пару раз посещал кладбище года два-три назад – интересовался архитектурой. Последнее время часто бывает пара молодых людей – художник, который приезжает сюда на этюды и совсем юный поэт, мастер Роберт, с которым викарий иногда беседует на темы мифологии, религии и библейской истории…

[Рагдай]

Услышав упоминание поэта, интересующегося мифологией, религией и библейской историей, Эдуард оживился и расспросил викария о поэте поподробнее.

[Джеральдин]

К сожалению никакой более подробной информации викарий предоставить не смог – мастер Роберт, юноша лет пятнадцати, чрезвычайно увлеченный мифологией, классической и английской, способный часами цитировать древневаллийскую поэзию, сам небесталанный поэт, воспевающий в своих стихах Прекрасную Даму… Увлекается Китсом, ни в грош не ставит Киплинга… Убежден, что древние британцы – потомки жителей Трои… Очень увлекающаяся натура.
Последний месяц появляется здесь со своим другом-художником не реже чем раз в неделю, на большом сером автомобиле. Художник пишет этюды, Роберт – бродит по окрестностям, иногда – пьет чай с викарием…