[X] Помощник

[Haruspex]

Кандар, 20 день 4 месяца сезона высокой воды 1192 г.

...Двухэтажный дом в форме буквы "Г", до Смуты, в правление Арама I, принадлежавший зажиточному купцу, а после Смуты - в которой купец сгинул - перешедший разбогатевшему на царской службе наёмнику из Аззама, выходил длинной своей стороной на одну из основных улиц этого района, а короткой - в спускавшийся по склону холма узкий проулок. Первый этаж дома занимали хозяйственные помещения, кладовые и комнаты слуг, второй этаж - комната для приемов и жилые покои хозяев; всего в доме было, наверное, около двадцати разных комнат, зал и каморок.

Часть первого этажа арочной колоннадой (на колоннах и сводах еще виднелись облупившиеся цветы, листья и мифические звери с высунутыми языками) открывалась в частично мощеный двор, окруженный трехметровым толстым забором из обмазанного глиной и покрашенного кирпича. В центре двора был почти высохший старый колодец, к забору и дому лепились хозяйственные пристройки - сарай, конюшня, еще что-то (потемневшее и покосившееся). У дальнего забора, дома и колодца шелестели листьями пальмы, в кустах стрекотало и чирикало.

Колодец практической роли давно уже не играл - вода в дом попадала по глиняным трубам местного "водопровода" из резервуара на вершине холма, куда, в свою очередь, посредством колес-черпалок и кирпичных акведуков попадала прямо из Реки (со всем, что в реке плавало; оттого те местные, кому позволяло богатство, пили простое и фруктовое пиво, разбавленный сок цитрусовых, разбавленное вино - но ни в коем случае не воду). Была в доме и канализация, из глиняных труб диаметром побольше, по которым все лишнее самотеком стекало вниз по склону холма - в ту же Реку.

Дом был темен, затхл и полон хлама двадцатилетней давности. Западная часть второго этажа явно оставалась неприкосновенной с тех пор, как умерла жена старого хозяина и напоминала затянутый паутиной склеп, восточная - увешана оружием и заставлена оставшейся от семейства купца старой мебелью, но сохраняла более жилой вид, и слуги явно там время от времени убирались.

За домом присматривало семейство из четырех человек: Аваз, исполнявший роли управляющего, привратника, счетовода и много еще кого, его толстая и громкая жена Амхара, занимавшаяся кухней и подсобным хозяйством, их сын Гетейо 19 лет, заменявший конюха, плотника, курьера и бригаду подсобных рабочих, и 15-летняя дочь Алаш - пухлая, медлительная и рассеянная девица, которую скоро должны были (видимо, удачно) выдать замуж за какого-то караванщика.

Конюшню населяли два верховых жеребца (один из них - когда-то, несомненно, стоивший целое состояние - был очень пенсионного возраста и на редкость скверного нрава), флегматичная упряжная кобылка и осел, а вокруг хозяйственных пристроек бродили тощие рыжие куры.

[Асад Аззами]

Асад представил Амана Агерата и Мироса, Авазу и его семейству. Попросил накрыть на стол. Для Мироса и Амана надо подобрать комнаты и одежду.
Сам же, попросил проводить его в свою комнату и рассказать, что тут произошло, пока его не было.

[Haruspex]

Аваз увел хозяина на второй этаж; затем слуга и хозяин прошли во двор, где слуга, спустив веревочную лестницу, полез в... колодец. Из колодца появился небольшой горшок, перекочевавший в руки Аззами.

Застенчивая дочь управляющего провела Амана в одну из комнат на втором этаже - комната напоминала погребальную камеру, где никто живой не спал двадцать лет, но Алаш и Амхара обе поклялись, что до заката солнца все будет в лучшем виде. Бывшего ученого снабдили одеждой - полосатым халатом из одного из сундуков - и обувью в виде кожаных мужских полусандалий на добротной подошве.

Тем временем, подали на стол. Обед - или это был ужин - состоял из жареной курятины, фруктов, испеченного сегодня утром хлеба и, по желанию господ, вина семилетней выдержки из расписного глиняного кувшина.

Интерлюдия,
В которой болтливые слуги за столом приподнимают завесу
над историей упадка и падения Кандара для наших героев

К северу от Кандара, сердца древнего царства, расположена провинция Аззам - полупустынное плоскогорье, в древности процветавшее благодаря изощренным системам ирригации и мудрому управлению. Однако, с падением Светозарного Города и восхождением учения Последнего Пророка пришел в упадок и Аззам. Дикие племена из соседствующей области Табар приняли религию Пророка и сделали Аззам - тогда - северную область Кандарской империи - объектом своих постоянных нападений. Затем, когда ниже по течению Реки возникла Держава Десницы Пророка, Аззам превратился в поле битвы, где одна "священная война" сменялась другой, едва подрастало новое поколение пушечного мяса... к счастью, кемиты пока не знали пушек.

Система каналов и шлюзов была разрушена, и богатство Аззама погибло. Плоскогорье, которым правила боковая нелегитимная ветвь кандарской династии, превратилось в конгломерат племенных укрепленных "деревень-государств", номинально подчинявшихся "царю Аззама", который вел из-за этого титула бесконечные споры с Кандаром на юге. Аззамцы получили при южном дворе репутацию сорвиголов и безбашенных задир - что-то вроде гасконцев из "Трех Мушкетеров" Дюма, как сказал бы русский, выросший в Советском Союзе.

Наша история начинается в одной из племенных деревень на севере Аззама примерно сорок лет тому назад.

Тамир был сыном третьей жены богатого старейшины (богатство измерялось количеством скота), Аваз же был бедным пастухом, но они росли вместе, и когда Тамир, возмужав, пошел на военную службу к местному князьку, Аваз увязался вслед за ним - "оруженосцем".

Тамир был удачлив в мелких междоусобных стычках, которыми было богато то время, и быстро поднимался в карьерной лестнице. Сыну пастуха повезло гораздо меньше - сабля чернокожего туарега-годи изувечила его правую руку, и она стала сохнуть. Так Аваз перестал быть воином и оруженосцем - но Тамир не забыл односельчанина и оставил его при себе слугой.

Шли годы. Из дружины племенного вождя Тамир-Волк, как теперь его звали, перешел на службу к принцу Азваху, наследнику царства Аззам. Но вскоре случилось страшное.

Держава Десницы Пророка, покончив с внутренними распрями, как обычно, сопровождавшими смену Десницы, объявила неверным в Аззаме священную войну. ВСЯ.

Аззамцы сопротивлялись бешено и героически. О многих битвах, достойных Фермопил, знают только стервятники и победители - но ни те, ни другие никому о них не расскажут. Война длилась четыре года, а потом Аззам пал, и на юг, в Кандар, хлынул поток беженцев.

Правящая династия Кандара относилась к царскому роду Аззама так, как тот заслуживал - как к низкорожденным узурпаторам, ублюдкам и сепаратистам. Их не приняли в столице. Бывшая княжеская семья нашла приют при дворе удельной правительницы земли, называвшейся Асхаза - молодой женщины по имени Гвара, наследовавшей Асхазу от своего недавно умершего отца...

Продолжение следует...

[Haruspex]

Продолжение интерлюдии,
в котором рассказывается о конце правления Арамха'ана I и хромой Гваре из Асхазы

Правление царя Арама I (приходившегося Араму II, что занял трон после Смуты, двоюродным дядей) было долгим и, несмотря на неудачи во внешней политике, благоприятным для народа самого Кандара. Именно от сорока лет Арама I остались в городе строения из резного светлого камня и восстановленные древние стены.

Царь Арам был гедонистом, любителем искусств, женщин и большим шутником. Однажды к нему привели странного светлокожего человека, который назвался не больше не меньше как рыцарем ордена Священной Скалы и посланником к кандарскому царю. Орден якобы искал с Кандаром союза против Десницы Пророка. Надо сказать, что на посла и рыцаря чужестранец походил менее всего; все, что при нем было кроме лохмотьев - это орденский меч. Обстоятельства, при которых сей якобы посол явил себя, также были своеобразны: он напал на речных бандитов, захвативших Гвару, правительницу Асхазы, и освободил женщину, за что та и выпросила для него аудиенцию у царя.

Царь, однако, не был в этот момент склонен к политике, а был склонен к шуткам, а потому вознаградил спасителя придворной дамы своеобразно - отдав Гвару чужестранцу в жены с теми условиями, что их дети продолжат род матери, а в случае смерти Гвары при любых вызывающих сомнения обстоятельствах спаситель-авантюрист будет тут же казнен, после чего отослал опешивших от такого "счастья" новобрачных в Асхазу.

С тех пор минуло несколько лет. Гваре удалось не только поднять в своих владениях хозяйство, но и превратить Асхазу в заметный политический центр, куда стекались на службу пострадавшие от царских "шуток" и царского правосудия; при этом правительница Асхазы никогда не переступала ту грань, за которой царское правосудие могло бы настигнуть уже и её, и Асхаза вызывала в Кандаре ворчание и недовольство - но не более того. Появление в Асхазе семейства бывшего аззамского князя с женой и пятью детьми, старший из которых, принц Азвах, вполне способен был уже и сам вести армии, было лишь венцом долгих усилий.

Тем временем остатки нескольких разбитых дружин аззамских феодалов, отступив из погибшей провинции, объединились в общий отряд, командиром которого выбрали одного из княжеских военачальников - небезызвестного нам Тамира. Этот отряд в пару тысяч сабель вскоре также оказался в Асхазе, но их командир, переодевшись торговцем, тут же вернулся обратно в Аззам.

Во время падения аззамского княжества, пока Тамир сражался, защищая правителя, враги напали на лагерь княжеских войск, где среди прочих укрывались семьи многих вельмож. Несколько десятков людей попали в рабство - а среди них, не узнанный, и малолетний сын Тамира. В качестве раба в Державе Десницы, впрочем, Аззами-младший не пробыл и нескольких месяцев - отец под личиной торговца разыскал и выкупил его из государственных казарм, где из тысяч мальчиков готовили воинов-рабов. (И, конечно же, все это время верный слуга Аваз следовал за господином в самое логово Империи Зла!)

Вместе с сыном командир аззамцев вернулся в Асхазу, к своему принцу. Однако, отношения между Тамиром и Гварой не сложились, и чем дальше, тем они делались хуже. Положение отягощалось тем, что хозяйка Асхазы окончательно охладела к своему навязанному царем мужу-чужестранцу; Гвара и принц Азвах стали любовниками, а двое малолетних детей Гвары - сын и дочь - были обручены с младшими сестрой и братом Азваха.

Дело шло к тому, что в лучшем случае под давлением Гвары принц в ближайшие дни отстранил бы Тамира от командования, а в худшем случае с Гвары вполне сталось бы подослать служанку с отравой или организовать "несчастный случай на охоте".

После жесткого разговора с принцем Тамир собрал верных ему людей - около трети из всего аззамского отряда - и ушел из Асхазы, предложив свои услуги за плату кандарскому царю. Тот же с радостью согласился - любой раскол в змеином гнезде Гвары был ему только на руку.

Так, за полгода до начала большой войны, впервые появился отряд Черных Всадников под командованием Аззами-старшего.

[Haruspex]

...По мере того, как голодные жертвы царского произвола расправлялись с курицей и вином, сказания Аваза об эпических подвигах Черных Всадников (исполняемые явно не впервые) делались все ярче и фантастичнее. Когда старый слуга дошел до истории о борьбе Тамира и его отряда с пиратами Речного Братства во главе с Мзабом Одноногим (в ходе каковой борьбы Мзаб Красавчик, собственно, и сделался Одноногим) и, устав, ненадолго умолк, Аман воспользовался моментом и вклинился с вопросом, знают ли что-нибудь Аваз и его семейство о так называемом "деле ученых".

Слуги о "деле ученых" знали, видимо, примерно столько же, сколько и другие следившие за новостями жители города. Да, было такое дело. Несколько алхимков, чернокнижников и колдунов задумали то ли отравить наследника престола - то есть нынешнего малолетнего царя - то ли и вовсе принести его в жертву Змею в ходе какого-то жуткого ритуала. Но заговор был раскрыт, и часть колдунов во главе с известным придворным лекарем Афари царь Нагсар велел казнить, а остальных пожизненно упек в Мешок. Насколько обвинения были справедливы - сказать сложно; с одной стороны, Нагсар искал заговоры везде, где мог, и пересажал кучу невинных людей просто так - вот господина Аззами, например; а с другой стороны - неспроста он вдруг вот так вот взял и упокоился, и никто не говорит, почему. То есть ежели царя все таки порешили, то заговор, получается, на самом деле был?..

Никого из обвинявшихся по "делу ученых" Аваз, естественно, лично не знал.

[Асад Аззами]

Асад поблагодарил Аваза и его близких за рассказы, за заботу о доме и за ужин. Потом предложил обсудить планы на ближайшее будущее.
- Завтра я планирую направиться к царю Акемматтену, поблагодарить его за нашу свободу и попросить помощи в возвращении отнятого имущества. Царь, кстати, в городе? На всякий случай надо будет письмо написать. Потом, надо будет заняться делами. Хотел бы я построить что-то прекрасное и в мире распевать песни, но время не спокойное, похоже и надо готовиться дать врагу отпор. Я спрошу у султана, нету ли у него для меня службы. А там видно будет. Аваз, сколько кони нынче стоят? Пусть, если по средствам нам это, Гетейо с Миросом завтра сходят, пару коней прикупят. И чего в городе говорят, про войну, про соседей? И много ли в городе пророка проповедников? -

[Haruspex]

Царь, кстати, в городе?

Царь и почти весь двор в горной крепости. Из больших людей в Кандаре сейчас только градоправитель, начальник стражи и первосвященник.

Аваз, сколько кони нынче стоят? Пусть, если по средствам нам это, Гетейо с Миросом завтра сходят, пару коней прикупят.

Кони - так смотря какие. Ураган, конь старого хозяина, когда молод был, стоил пятьсот львов, сыновья его шли по двести, просто хорошая и выносливая лошадь под седло из тех, на каких ездят стражники, будет стоить львов 10-15, а крестьянская лошадь в упряжку - 30-40 башен.

И чего в городе говорят, про войну, про соседей?

Говорят, кангодский царь сильно на Нагсара обиделся, что тот не отдал принцессу Айану замуж за его большого союзника, потому что дикарь и язычник. А союзник тот - самый главный вождь южных кочевников. И теперь эти дикари как бы сами по себе вторглись в Асхазу и земли вокруг Звездного Озера, грабят, жгут и разоряют там все, а Кангод вроде и не причем. Говорят, будут собирать войско, а толку? Пустынные годи - они как песок, пройдут сквозь пальцы и ищи их.

И много ли в городе пророка проповедников?

Есть немного. У Нагсара с ними был разговор короткий - зашить в собачью шкуру и утопить в нечистотах, а как он помер, повыползли, вещают, будто царя бог покарал. А еще говорят повсюду, будто Нагсара убили ассассины Старца Огненной Горы...

[Асад Аззами]

значит, надо будет, для начала, отправить молодому царю письмо с благодарностью.
на 2х коней будет выдано 30 львов.

- Мудрый Аман, намерен ли ты завтра идти к градоправителю за своим добром? -
- Друзья мои, посоветуйте, как будет любезнее поступить с градоначальником, что бы вернуть то имущество, которое из дома забрали? Стоит ли самому искать встречи с градоначальником или письмо ему написать сперва? -

Сообщение отредактировал ady - 14:11 31.01.2014

[Haruspex]

- Друзья мои, посоветуйте, как будет любезнее поступить с градоначальником, что бы вернуть то имущество, которое из дома забрали? Стоит ли самому искать встречи с градоначальником или письмо ему написать сперва? -

Аваз почесал затылок и выдал серию глубокомысленных фраз на тему того, что заслуги семейства Аззами общеизвестны, при Араме ваш отец открывал ногой дверь к этому градоначальнику в любое время дня и ночи, а письмо - когда еще градоначальник его прочтет...

Мирос же (получив деньги на утренний поход на рынок) заметил другое:

- Господин, ваше имущество, судя по всему, прибрали Провозвестники, или, в лучшем случае, Бдительные. Градоначальник тут вам никак не поможет. Идти или писать надо в Дом Тишины... Они точно знают все, и плохого ничего сейчас сделать вам не посмеют - не то сейчас время...

[Асад Аззами]

- Ну, значит надо мне в Дом Тишины наведаться. Где он расположен? -

[Haruspex]

- Э... - замялся Аваз. - Я не знаю, господин. Только Бдительные и близкие к царю люди знают, где сейчас Великий Дом Тишины. Раньше он был там, где сейчас казармы стражи, а после того, как выплыли на чистую воду все делишки Гвары после её смерти и старый Дом сгорел, никто из простых людей не знает, где построили новый...

Сообщение отредактировал Haruspex - 21:33 11.02.2014

[Haruspex]

- Мудрый Аман, намерен ли ты завтра идти к градоправителю за своим добром? -

Бывший алхимик и учитель наследника был поглощен едой и внятного ответа не дал.

- А зачем идти в сам Дом?! - выдал "мудрую" мысль Мирос. - На змея он сдался? Найдите любого Бдительного рангом повыше, лучше - из тех, что знал вас лично, а он уж сам донесет весть в их гнездо, где бы оно сейчас ни было.

[Асад Аззами]

- Хорошая идея. - улыбнувшись ответил Аззами - Но, как я узнаю Бдительного? И где найду его? -

[Haruspex]

- Когда они типа при исполнении и хотят, чтобы их заметили, то носят серебряный глаз. Где важное присутственное место - там точно хоть один крутиться должен. Да, можно и к градоначальнику, можно и к начальнику стражи попробовать, или опять в Цитадель. Лучше в Цитадель, наверное.

[Асад Аззами]

- Завтра я наведаюсь в цитадель. В остальном, давайте отдыхать. -

[Haruspex]

"Дом с пальмами"
21 день 4 месяца сезона высокой воды 1192 г.
Утро

После завтрака оба молодых слуги отправились на рынок за лошадьми, а Аззами собрался в Цитадель, как планировал ранее. Вместе с ним в центр города засобирался и ученый.

[Haruspex]

День выдался, по местным меркам, прохладным. Небо затянули полупрозрачные тонкие облака, ветер с юга нес клочья сухой серой дымки. Поблуждав с полчаса по кривым проулкам восточного холма, Асад и Аман вышли на прилегающие к площади Цитадели улицы. На площади на этот раз оказалось довольно много постепенно расходящегося народу, среди которого сновали бродячие торговцы. У каменного блока стоял отряд стражи в 12 копий, и с ними напыщенного вида чиновник в шелках, сжимавший большой позолоченный свиток.

На выходе на площадь, в тени от ближайшего дома, четверо монументальных носильщиков-годи держали паланкин, в котором, поглядывая на площадь, вальяжно расположился толстяк в белых одеждах, расшитых серебром. Заметив Аззами - а паланкин был расположен так, что из него было видно всех, кто мог с этой стороны войти на площадь - толстяк оживился и взмахнул рукавом.

- Господин Аззами! Вы ли это!

Сообщение отредактировал Haruspex - 12:37 11.03.2014

[Асад Аззами]

Аззами улыбнулся толстяку разведя руки в стороны и не меняя темпа хода направился к нему.
- Извольте видеть. Весь, как есть. Да примножется ваше счастье. Но что увлекло вас сегодня на улицу города? -

[Haruspex]

- Дела, сплошь дела, и все в ужасном расстройстве из-за известных событий. По крайней мере, его величество сегодня объявил налоговую амнистию. - толстяк махнул в сторону глашатая со свитком, который в сопровождении стражи уже направлялся понемногу к цитадели. - Не то, чтобы за мной числились недоимки, но... Пресвятые отцы! Уж не почтенный ли это господин Агерат с вами? А мы уже опасались, не случилось ли с ним чего; знаете, ведь его оппонент, высокоученый Атуани, был отравлен в застенках и совершенно лишился рассудка! Теперь при дворе нет заслуживающего доверия астролога!

[Ингри]

Аман поклонился неизвестному.
- Вы слишком добры ко мне, уважаемый, но я тоже не могу претендовать на это несомненно почётное звание. Я тоже был отравлен, но видимо мне повезло больше чем моему коллеге по несчастью и я сохранил маленькую толику своих знаний и воспоминаний. Хотя ни одно из них не касается звёзд. Быть может это кара Господа нашего за попытку проникнуть в их тайны, а может быть, Его милость.

[Haruspex]

- Ужас, ужас. - толстяк невнятно взмахнул руками. - А слухи ходят, что и (он мотнул головой в сторону Цитадели и слегка понизил голос) - тоже, ну, вы понимаете. Что-то теперь будет... В такие времена здравомыслящие и смелые люди должны держаться друг друга.

[Ингри]

Аман осторожно кивнул.
- Ну возможно оно и так, и вы абсолютно правы, сейчас разумные люди должны не забывать друг о друге. Слишком нестандартные времена. Если я смогу вам как либо помочь, буду рад это сделать и надеюсь что вы ответите взаимностью.

[Haruspex]

- Конечно же! А знаете ли, заходите-ка ко мне через девять дней отпраздновать новый год. Буду очень, очень рад видеть столь достойных господ на моем скромном обеде. Особенно вас, господин Аззами. Славный сын славного отца... Нам есть о чем поговорить в нынешних обстоятельствах.

Сообщение отредактировал Haruspex - 12:38 28.05.2014

[Асад Аззами]

- Спасибо за приглашения и да будет дом ваш изобилен. - улыбаясь ответил Азами, положа руку н сердце - Не стану обещать прийти. Ведь, что случится в эти дни, даже лучший астролог не может мне сказать. Но ваше приглашение я принял и буду помнить о нём. Сейчас, раз уж наши пути свели нас, скажите что нынче происходит в городе и стране? Пока до меня доходят только слухи, а вы человек сведующий и ваше мнение ценно было бы услышать. Я прошу прошение, что завёл этот разговор, в столь шумном и жарком месте, но скоро мне предстоит продолжить путь, а упускать такую возможность не хотелось бы. -

[Haruspex]

- В городе, благодарение Господу, все пока спокойно, но царские службы в полной неразберихе. А вот за стенами... Проклятые годи, да пожрет их змей. Доносят, что земли к югу от Звездного Озера уже совершенно разорены, кочевники осквернили гробницу святого Оремии и идут несколькими путями на северо-запад. Боюсь, что пока соберут войско, язычники дойдут и до Реки; а ежели дать им сорвать весенний сев, то в этом году ничего хорошего нам всем не предвидится, кроме разве что торговцев зерном. Ежели ко всем нашим бедам еще и народ возмутится с голоду... Эх.